Иван Белов (графика)
Рё Ватанабэ (скульптура)
Выставочное пространство строится вокруг творчества двух художников: Рё Ватанабэ и Ивана Белова. Ключевой темой выступает исследование образа и его перехода в форму. В скульптурах Ватанабэ этот переход очевиден: от наблюдаемого природного образа – к абстрагированной форме. У Белова форма рождается самостоятельно, в обход конкретного образа, оставаясь в области беспредметного.
Присутствие-отсутствие в данном случае не противопоставление, а взаимодополняющие категории, формирующие непрерывный процесс возникновения и исчезновения. Скульптурные объекты Ватанабэ, выполненные из вручную обработанных и спаянных между собой металлических листов, силуэтно повторяют природные образы префектуры Нагано: горные массивы, камни, равнины. “Железо – хрупкий и одновременно прочный материал, который однажды вернётся в землю”, – объясняет художник свой выбор этого металла. Хотя скульптуры и рукотворны, они остаются частью земли и природы. Черпая вдохновение в природе, Ватанабэ редуцирует и упрощает её формы, создавая собственную образную структуру. Его авторский приём в серии Silent pieces – помещать камни и песок внутрь полых скульптур. Так, через двойственность безмолвного материала и звука художник фиксирует переходный процесс, позволяя буквально ощутить тишину.
Иначе складывается художественная практика Ивана. В графике нет отправной точки изобразительного мотива. Форма остаётся в виде тени – понятной, но апеллирующей к ощущению, а не к конкретике образа. Такой подход вырос из интереса к исследованию мимолётного, размытого, переходного момента в восприятии, из попытки препарировать и заново собрать смысл. Эта идея трансформировалась в серии, созданной в мастерской Э. Штейнберга в Тарусе. Заштрихованное карандашом поле выступает как самодостаточный образ, отражающий процесс нахождения «здесь и сейчас». Новая серия продолжает это направление: линия становится маршрутом с тупиком, вектором мысли и в то же время фиксацией неосязаемого.
Практика обоих художников, несмотря на общность в минималистичности выражения, отличается самобытностью в силу культурных кодов. Однако если отправные точки различны, то сближение наблюдается в методе – в сложности и длительности процесса. Это медитативная практика повторяемых действий, требующая в обоих случаях четкого понимания технического процесса и результата. Так, визуально близкие образы имеют разный внутренний маршрут: аналитический поиск гармонии в беспредметном у Ивана и поэтическое созерцание окружающего ландшафта у Рё.
Рё Ватанабэ (скульптура)
Бегство от образа и возвращение к нему
Выставочное пространство строится вокруг творчества двух художников: Рё Ватанабэ и Ивана Белова. Ключевой темой выступает исследование образа и его перехода в форму. В скульптурах Ватанабэ этот переход очевиден: от наблюдаемого природного образа – к абстрагированной форме. У Белова форма рождается самостоятельно, в обход конкретного образа, оставаясь в области беспредметного.
Присутствие-отсутствие в данном случае не противопоставление, а взаимодополняющие категории, формирующие непрерывный процесс возникновения и исчезновения. Скульптурные объекты Ватанабэ, выполненные из вручную обработанных и спаянных между собой металлических листов, силуэтно повторяют природные образы префектуры Нагано: горные массивы, камни, равнины. “Железо – хрупкий и одновременно прочный материал, который однажды вернётся в землю”, – объясняет художник свой выбор этого металла. Хотя скульптуры и рукотворны, они остаются частью земли и природы. Черпая вдохновение в природе, Ватанабэ редуцирует и упрощает её формы, создавая собственную образную структуру. Его авторский приём в серии Silent pieces – помещать камни и песок внутрь полых скульптур. Так, через двойственность безмолвного материала и звука художник фиксирует переходный процесс, позволяя буквально ощутить тишину.
Иначе складывается художественная практика Ивана. В графике нет отправной точки изобразительного мотива. Форма остаётся в виде тени – понятной, но апеллирующей к ощущению, а не к конкретике образа. Такой подход вырос из интереса к исследованию мимолётного, размытого, переходного момента в восприятии, из попытки препарировать и заново собрать смысл. Эта идея трансформировалась в серии, созданной в мастерской Э. Штейнберга в Тарусе. Заштрихованное карандашом поле выступает как самодостаточный образ, отражающий процесс нахождения «здесь и сейчас». Новая серия продолжает это направление: линия становится маршрутом с тупиком, вектором мысли и в то же время фиксацией неосязаемого.
Практика обоих художников, несмотря на общность в минималистичности выражения, отличается самобытностью в силу культурных кодов. Однако если отправные точки различны, то сближение наблюдается в методе – в сложности и длительности процесса. Это медитативная практика повторяемых действий, требующая в обоих случаях четкого понимания технического процесса и результата. Так, визуально близкие образы имеют разный внутренний маршрут: аналитический поиск гармонии в беспредметном у Ивана и поэтическое созерцание окружающего ландшафта у Рё.